~☆~
Несколько дней спустя…
Утро выдалось на удивление холодным. Ветер так и норовил забраться под одежду, чтобы ужалить кожу колкими мурашками. Ведущую к храму тропинку укрывала полупрозрачная дымка тумана, а раскинувшиеся по обе стороны цветочные луга слабо переливались серебром в лучах восходящего солнца. Зрелище сказочное и завораживающее, только вот в полной мере насладиться им Фезерстоун не могла.
Бодрым шагом она поднималась по каменным ступеням, пряча руки в рукавах кофты, и искренне сожалела о том, что не взяла с собой шарф. С ним бы ей не пришлось переживать о возможной простуде. Хотя болела девушка редко.
Главный зал поприветствовал её едва уловимым запахом благовоний и мягким полумраком. Освещавшие храм факелы и жаровни разгоняли последние тени сумрака, ожидая, пока солнечный диск окончательно не поднимется из-за горизонта. Жрецы, закончившие ночное бдение, приводили в порядок алтарь: убирали из курильниц прах истлевших благовоний, заменяли увядшие цветы свежими, меняли свечи в подсвечниках. Остальные прибирались в уединенных камерах и возносили первые молитвы Венере.
Аннанси бодро просеменила к алтарю, поздоровалась с Гортензией и Физалисом и, окончательно проникшись теплом, позволила себе расстегнуть кофту. У неё ещё оставалось немного времени перед утренней практикой, которое девушка решила потратить на молитву и вознесение благовоний. Она подожгла палочку в пламени свечи и поставила её в курильницу, затем сложила руки в замок, как это делал персонаж, изображённый на одной из фресок, прикрыла глаза и обратилась к своей духовной наставнице со словами благодарности и надеждой, что она и дальше продолжит присматривать за ней. И, совсем самую малость, надеясь получить прозрение. Небольшую подсказку, что могла бы помочь ей с решением её дилеммы.
— Доброго утра, Анна.
Услышав знакомый мужской голос, девушка встрепенулась и поспешила открыть глаза. Понтифик Рафаэль неспешно приблизился к алтарю и остановился в шаге от него. Фезерстоун не могла не отметить, что и сегодня он выглядел просто великолепно. Светлые волосы сегодня были собраны в небольшой пучок, удерживаемый золотой заколкой. Простенькой, но изысканной, украшенной цветочной гравировкой. Часть вьющихся прядей обрамляли лицо мужчины, лишённое каких-либо изъянов и следов усталости. Расшитая золотыми нитями белая фелонь укрывала плечи и спину мужчины, словно мантия. Вместо повседневной рясы — подризник травянистого цвета и пояс на два тона темнее. Поверх рукавов — поручи, расшитые жемчугом.
— И вам, понтифик, — ответила Фезерстоун, улыбнувшись и прищурившись слегка. Быть может, то была лишь игра её воображения, но с появлением Рафаэля в зале будто бы светлее стало. — Выглядите потрясающе, — добавила она и принялась перебирать в голове все значимые для храма даты, но память предательски молчала. А объяснить появление главы храма в полном облачении как-то надо было. — Не сочтите за глупость, но… — Ай, ладно! Всё равно умнее от молчания не стану! — Вы куда-то собираетесь?
— Верно, — мужчина улыбнулся, но быстро вернул привычную беспристрастность.
Аннанси ожидала услышать продолжение, но его не последовало. Кому-то явно стоило перестать напускать тумана в разговорах!
— Следуй за мной, — Лавандр развернулся и последовал к арке, за которой скрывался проход ко внутренним помещениям храма. Аннанси последовала за ним.
С минуту они шли в полной тишине, думая о своём. Девушка старалась держаться от понтифика на расстоянии вытянутой руки. Только она открыла рот, чтобы задать один из крутящихся в голове вопросов, как слово взял Рафаэль:
— Ты всё ещё испытываешь сложности с использованием божественных сил? — обыденный тон, казалось бы, но девушка уловила в нём нотки беспокойства.
— Д-да, — неуверенно ответила Анна. — Но я работаю над этим, — добавила она уже уверенней.
— Ясно, — многозначительно протянул понтифик и снова замолчал.
Зато вот Аннанси не было ясно абсолютно ничего. Кончики её ушей пылали огнём, пока сердце дрожало в пугающем неведении. Она не знала, что было «ясно» мужчине, но искренне опасалась подкинуть ему новых проблем.
Тех самых, из-за которых ему требовалось оставить храм на неопределённый срок.
Тех самых, что требовали полного «боевого облачения».
Тех самых, из-за которых можно было бы смело махнуть на Фезерстоун рукой и, закрыв глаза на церемонию и подаренную Богиней метку, отпустить неподготовленное дитя в этот жестокий мир.
И пусть Анна понимала, что подобный ход мыслей весьма эгоистичен и наверняка не имеет ничего общего с реальностью, остановить их круговорот у себя в голове она уже не могла. Вот и оставалось лишь нервно теребить край рукавов и покусывать губы с внутренней стороны.
«С другой стороны, если бы дело во мне было, Лобелия бы точно об этом рассказала» — уверенность в подобном сценарии обнадёживала не слишком сильно. — «Ах, ну почему нам надо говорить на ходу? Почему нельзя было обсудить это в кабинете? Я бы хоть книги по полкам расставить могла. Или во время уборки одного из внутренних залов! Или священные реликвии осмотреть!» — девушка мотнула головой, отгоняя плохие мысли.
Говорить понтифик продолжил только после того, как дверь его кабинета закрылась за спиной девушки:
— Жрецы могут испытывать проблемы с использованием божественных сил в ряде случаев, — спокойный голос мужчины успокаивал. — Например, когда они находятся в состоянии физического и духовного истощения, противятся своей силе или не понимают её источника. Иногда сложности возникают при изменении её качества, когда на смену разбавленным каплям приходит самый настоящий океан. Но это явления временные, — Лавандр остановился перед книжной полкой.
Аннанси медленно кивнула головой, переваривая услышанную информацию. До этого она была уверена в том, что её случай — это именно «скачок роста», ведь об этом ей не раз говорила Лобелия и другие жрицы храма, с которыми она успела подружиться. Но что-то девушке подсказывало, что понтифик в этом уверен не был. Больше не был. Видимо, её случай был особенным даже в рамках озвученных условностей.
— Твой случай…исключителен, — продолжил он, и вот тут уже Анна совсем растерялась. Она не знала, как ей реагировать: проигнорировать, отнестись с пониманием или обидеться? А если и обижаться, то на что? На вежливую паузу? Потому что больше не на что. — Твои силы уже стабилизировались, а связь с Венерой стала прочнее. И, насколько я могу судить, чувствительность твоя к присутствию божественной энергии тоже должна была обостриться, — Рафаэль взял с книжной полки две книги. Одну тонкую, в зелёном переплёте. Вторую — чуть потолще. Её тёмно-фиолетовая обложка была украшена золотой тесьмой. После чего обернулся и посмотрел на ученицу.
Фезерстоун медленно кивнула, подтверждая слова понтифика. Действительно, несмотря на временную неспособность использовать дарованную силу, присутствие её она ощущала. Не только внутри собственного тела, но и вокруг. Правда, для этого ей всё ещё требовалось отвлекаться от реальности и фокусироваться на материях более тонких, но настраиваться ей с каждым разом было всё легче и легче.
— Выходит, вы думаете, что силы я не могу использовать, потому что…не задействую источник? — осторожно предположила Анна. Потому что больше ничего и не подходило толком. Со здоровьем у неё все было прекрасно, да и дара своего не отрицала. Скорее уж, к нему она тянулась даже слишком активно.
Понтифик кивнул:
— Эта версия, к которой я склоняюсь, — продолжил мужчина. — Многие избранники Богов после инициации утрачивали возможность использовать магию и прибегать к колдовству. Лобелия должна была говорить тебе об этом, — Аннанси снова кивнула. — Вероятно, пока твоя связь с Богиней была слаба, вместо дарованной ей силы ты использовала ману, успевшую до этого накопиться в твоём теле, — понтифик подошёл ближе. — Потом связь окрепла, лишив тебя доступа к старому источнику силы. Либо он иссяк до того, как это произошло. Какой бы из вариантов не оказался верным, задействовать новый «источник» тебя никто не научил. Это мой недосмотр как твоего наставника, — во взгляде мужчины отразилась печаль. — Давно стоило обратить на это внимание.
Аннанси показалось, что ещё немного, и мужчина заплачет. Конечно же, такое было невозможно, ведь Рафаэль Лавандр прекрасно владел собой и вряд ли бы позволил кому-либо увидеть себя в нелицеприятном свете. Даже если этот «кто-то» — его собственная ученица. Богатая фантазия даже добавила мужчине поникшие кошачьи уши, но возникший образ был настолько мил и вместе с тем неуместен, что девушка решительно выбросила его из головы.
— Это, действительно, очень большой недосмотр с вашей стороны, понтифик, — многозначительно протянула Анна, сложив руки за спиной и качнувшись на носках. Теперь печаль во взгляде сменилась не то замешательством, не то удивлением, не то…осуждением? Охарактеризовать увиденную эмоцию каким-то одним словом девушка не могла, но даже так было очевидно, что ответа подобного мужчина не ожидал. Кажется, теперь она, действительно, нарвалась на неприятности, решив ответить понтифику его же словами. — Но ведь это не такая уж и проблема, да? По крайней мере, теперь вы знаете, что нужно делать и готовы озадачить меня соответствующими поручениями, — прощебетала она, улыбнувшись.
— Верно, — ответил Рафаэль после небольшой паузы, и Анна в сердцах вздохнула с облегчением.
В дверь постучали. Вслед за этим в открывшемся проёме показалась кудрявая макушка Бейзэла.
— Понтифик Лавандр, — подал голос кемоно. — За Вами прибыли.
— Благодарю, Бейзэл. Я сейчас подойду, — жрец коротко кивнул и поспешил скрыться. Понтифик перевёл взгляд с закрывшейся двери на Анну. — За время моего отсутствия ты должна будешь ознакомиться с этими книгами, — он протянул девушке ранее взятую литературу, и та поспешила принять её. — Я уже предупредил Лобелию, Амаранту и других старших жриц, чтобы в моё отсутствие работой тебя не нагружали.
— Поняла, — Фезерстоун кивнула. Книжки были тонкими и вряд ли бы потребовали много времени на ознакомление. В конце-концов, ей приходилось читать талмуды и потолще. — Погодите. А как долго вас не будет? — внимание её снова переключилось на верховного.
— Дня три.
«Не так уж и долго» — обрадовалась Энн.
— А их можно будет взять домой?
— Только если хочешь услышать от Лобелии ещё одну порцию нравоучений, — Фезерстоун вздрогнула. Вот уж чего-чего, а этого ей хотелось в последнюю очередь.
Проводив понтифика вместе с другими жрецами, Анна ещё некоторое время смотрела вслед удаляющейся карете, после чего поспешила вернуться в учебную комнату. Сняв кофту, она села за стол и придвинула к себе скромную стопочку книг, полученную от Рафаэля. Первая была посвящена меридианам и внутренней энергии, в то время как другая больше рассказывала о божественных силах и магии. Последней теме Аннанси немного удивилась, но вскоре поняла, почему понтифик дал её для изучения. Книга рассказывала не только о разнице подходов, но ещё и затрагивала вскользь особенности использования.
«Выглядит несложно» — Фезерстоун перевернула страницу. — «Управлюсь я быстро».
С этими мыслями девушка погрузилась в чтение.
~☆~
« Дом Лобелии
