Эрвин Травомуд, эльф
Идти до предположительного места роста растений ещё только предстояло, а делать это в полной тишине, когда можно блеснуть своими знаниями, мужчина никак не мог. А потому на изумлённое высказывании лисицы о других обитателях этого леса, решил вставить свои особо важные пять серебрушек. Хотя как знать, может быть немного информации из истории Дэфтероса покажутся Айсиель хотя бы немного интересными?
- Водятся, — подтвердил Травомуд, - Но в куда меньшем количестве, чем пчёл. С самого основания здесь был просто красивый лес, который решил возвести друид по имени Каледон Солнечный Лист, используя семена, добытые из Башни. Поначалу всё было неплохо – Сад Больших Цветов стал безопасным оазисом для травников, ведь для добычи некоторых ценных растений не было необходимости идти в опасную Башню. Лишь спустя время, другой друид – Серендис Тирасвелл – решила, что Сад станет отличным местом для небольшой пасеки гигантских пчёл. Ей даже удалось как-то их утихомирить – если правильно помню, она использовала друидические краевые камни, что раскинуты по периметру Леса. По этой же аналогии добавили и бабочек – чтобы те опыляли цветы, ведь без естественного роста они бы стали пустышками со временем. Это сделало Сад менее безопасным местом – пускай насекомые и были относительно безобидны, но ровно до тех пор, пока не почувствуют опасность. А ведь находились умники, что ходили сюда пчёл убивать – это сделать проще, когда они не нападают первыми, чем в той же Башне. Вероятно, как ты и предполагаешь, муравьёв решили развести здесь по тому же принципу – чтобы было «проще» добывать с них какие-то ресурсы. Проблема в том, что в отличии от пчёл, никто не постарался сделать их менее агрессивными по отношению к приходящим, а тамошние друиды, что проживают на острове, опасаются накладывать магию на краевые камни, считая, что их вмешательство может разрушить существующий контур и это повлияет и на остальных обитателей Леса. – когда Эрвин произносил последние строки, в его голосе явно звучало неодобрение. Он то вроде понимал и принимал такую позицию друидов, но как травник и алхимик по призванию, хотел бы, чтобы Сад стал менее опасен, как это было в прежние времена. К сожалению, вряд ли его «хотелки» кого-то вообще волновали в этом городе.
Когда же лисица упомянула, что готовила какое-то зелье для знакомого эльфа, Травомуд даже чуть не остановился, бросив в неё весьма скептичный взгляд. Тем не менее, комментировать свои сомнения по поводу того, что она там может приготовить, не стал – пока что сдержался, всё-таки лисица пока что показывала себя с… приемлемой стороны. Сперва он некоторое время молчал, обдумывая, стоит ли раздавать какие-то советы, но сугубо из опасения за жизнь своего сородича, таки не смог остаться в стороне.
- Самое лучше лекарство от бессонницы для эльфа – отдохнуть под тенями Мирового Древа. – и непонятно было, то ли это он просто так решил показаться особо умным, то ли так пошутил. – Но такого здесь не водится, увы. А потому, нужно смотреть в корень проблемы – из-за чего бессонница возникла. При нарушении циркуляции энергии Дерева может помочь концентрированный отвар из Ветвистого Женьшеня. Принимать по две чайные ложки в течении двух недель – и бессонница пройдёт, и в перспективе станет чувствовать себя лучше. Нужный женьшень, к слову, как раз здесь водиться. – но предугадывая любые вопросы и предложения, Эдвин сразу всё отрезал: - Но сейчас мы за другим здесь, захочешь его собрать – в другой раз и без меня. – после он ещё немного подумал и продолжил: - Если же проблема в энергии Огня – что свойственно при сильном напряжении и раздражительности, может помочь зелье на основе из корней и листьев Тенистой ивы. Здесь такая не растёт, она больше свойственна болотистой местности, но на рынке водится, значит где-то всё-таки раздобыть её самостоятельно можно. Также стоит учитывать, что для зелий для эльфов подойдёт только родниковая вода, пропаренная лишь один раз – повторная пропарка, как это говорят у эльфов, «делает воду мёртвой» и она усваивается куда хуже. И избегать в рецептах использования камней – это больше подходит для цвергов, эльфам же подойдёт всё исключительно на растительной основе.
В принципе, он рассказал и без того много, а потому оставшийся путь продолжил в молчании – благо, нужная полянка показалась совсем скоро.
К сожалению, сбор начался не без эксцессов: почти сразу его спутница наткнулась на парочку недовольных пчёл, защищающих свою территорию. Эдвин уже было хотел оттащить лисицу куда подальше, чтобы та не нервировала пчёл, но девушка решила поступить иначе – втиснув ему в руки тару, что он ей дал для сбора, она достала какую-то приблуду, распылив её над цветами с пчёлами.
Травомуд был готов выть от досады! Вот ведь, всё так хорошо складывалось, и снова проблемный ребёнок со своими экспериментами!..
Правда, к его удивлению, пчёлы немного полетали над своими цветами, а после развернулись и улетели от них в противоположном направлении. Эдвин смотрел вслед за ним некоторое продолжительно время, а после перевёл взгляд на свою спутницу.
- И чтобы ты делала, если бы эта штука не сработала и разозлила бы их ещё больше? – спросил мужчина крайне недовольно. Нет, он, конечно, рад, что всё закончилось более чем хорошо, но, по его мнению, это был крайне необдуманный поступок. Как минимум, она бы могла обсудить это с ним, перед тем как разбрызгивать непонятное нечто – ведь оно может влиять не только на самих пчёл, но как-то повлиять и на растущие здесь растения. А это уже была бы самая настоящая катастрофа! Впрочем, Эдвин сам по себе плохо был расположен к чему-то новому и непроверенному, так что корни его недовольства были куда глубже, чем можно было бы представить.